Добрый день, дорогие друзья моего сайта!

Продолжение истории из Средиземноморья от Магистра черной и белой магии, который успешно
проводит сеансы чудес с полным разоблачением!

Хоббитам немного не повезло, они тронулись в путь позже всех и получили поезды (по-тролльски «поезда» - заслуженный пинок под зад) за всех гоблинов и орков разом. Поняв, что наскоком войти в райскую жизнь не удастся, пострадавшие решили давить на жалость, используя весь актерский арсенал, присущий их расе.

«Мы ведь тоже эльфы», - нежно заглядывали они в глаза случайных туристов из ЭС, заехавших в Шир по сексуальной надобности. Да, да, обнадеживающе отвечали те, чтобы не злить приставучих карликов. Хотя каждому эльфу, и тем более троллю было понятно, что хоббиты похожи на эльфов, как выдра на цаплю, как бы полурослики не вытягивали уши и не втягивали животы.

Но хоббиты не сдавались, особый упор они сделали на нелюбовь эльфов к людям. Люди, еще вчера влачившие жалкое существование после распада Срединной империи, объединявшей Рохан, Гондор, Шир и множество других земель, неожиданно воспряли при правителе Рохана Паутине и гондорском князе Лукиане, и с каждым годом становились все увереннее и мощнее, бросая вызов эльфийско-тролльскому альянсу. Двум сильным тандемам стало тесно на земле Средиземья, сгущались тучи взаимных обвинений, революция жидности развела союзы до опасного противостояния. И тут яркой искрой грянул кризис в Хельмовой Пади многострадального Шира.

Хельмова Падь, где издавна жили люди, во время гибели Срединной империи случайно отошла хоббитам. Четверть века жители пади требовали воссоединения с Роханом. Однако каждый в Средиземье прекрасно знает, что хоббиты не способны расстаться с чем-то по своей воле, поэтому полурослики не придумали ничего лучше, как переделать людей в хоббитов. Для начала под страхом тюремного наказания запретили обувь, а людей обязали есть не менее шести раз в день и отращивать шерсть на ногах, ну или хотя бы приклеивать свиную щетину. Делопроизводство перевели на мувку, которую и сами хоббиты знали приблизительно, а памятники великим людям разрушили до основания. Все это закономерно привело к отходу Хельмовой Пади к Рохану во время безвластия революции.

Утонченные эльфы до глубины души были поражены наглостью людей, посмевших без разрешения менять границы, а хоббиты впали в дикую ярость, проклиная коварного Паутина и всех этих неблагодарных людишек, к которым они так хорошо относились.

Вот тут-то заводик Паришона и заработал на полную мощность. Ничто так не сближает, как ненависть к иным. Особенно, если ненависть поставлена на поток и за нее хорошо платят. Хотите ненавидеть Рохан – вот вам коврики расцветки его флага, положите перед дверью, пусть гости вытирают о них грязные ноги. Не нравится Паутин – отгрызите шоколадную голову роханца или проткните дротиком портрет подлого тирана.

Кондитерский цех тысячами лепил маленьких шоколадных паутинов с большими слоновыми ушами и длинным хвостом. Десяток художников, в том числе Хапкис, рисовал на мишенях портреты Паутина. У Бибо был особенный стиль, злые ледяные глаза тирана из-под его кисти ввергали в трепет любого честного гражданина. Работал еще цех по пошиву чучел Паутина, их выставляли на площадях, где каждый патриот мог колотить мерзкого человека дубовыми палками. А так как чучела быстро приходили в негодность (Паришон специально делал из гнилой ткани), то шили их круглосуточно, выполняя важный державный заказ…

Сегодня у Бибо выходной, и он не спеша пошел умываться. Водопровод, как обычно утром, выпустил тоненькую струйку, впрочем, достаточную для утренних процедур. Намылив щеки и взяв в руки острую бритву хоббит уже приготовился побриться, как медный кран выдал замысловатую мелодию вместо очередной порции влаги. «Если в кране нет водички, рядом энта поищи-ка» - вспомнил Бибо хоббитскую пословицу.

Пить чужую воду было главным развлечением энтов еще с древности. Очень они любили, маскируясь под лес, подобраться поближе к деревне и разом оставить ее без воды, выкачав колодцы в свои ненасытные утробы, а потом беззвучно хохотать над суетящимися туземцами, бегающими взад-вперед с круглыми от ужаса глазами.

Любой энт, даже маскирующийся под хоббита, легко вытягивал воду с нескольких сотен квадратных ярдов через свои ноги-коренья. И хотя такие случаи в последние годы были редки, у энтов еще не прошел животный страх перед хоббитами, революция жидности несколько разбалансировала нравы, устоявшиеся во времена деспотии. Энты уже не так скрывались, как прежде, некоторые даже перестали есть светящиеся грибы, и вновь, как встарь, свысока смотрели на копошащихся внизу аборигенов…

Бибо выскочил наружу под мелко моросящий дождь. Недалеко от норы он заметил стоящую спиной фигуру в длинном развевающемся на ветру плаще и широкой шляпе. Фигура раскачивалась, будто танцуя медленный танец, при этом поскрипывая, как несмазанные жиром петли двери.

- Эй, - крикнул хоббит, - вы кто?

Незнакомец вздрогнул и обернулся, Хапкис к удивлению узнал босса.

- Это вы, мастер Паришон? Вы не видели тут энта? Вода в норе куда-то разом ушла!

Паришон испуганно глянул на бритву в руках хоббита и быстро запахнул плащ.

- Да, был тут один, но он уже ушел. Вон туда, - Паришон махнул рукой куда-то за спину Бибо.

Хапкис с сомнением посмотрел назад, энты никогда не отличались стремительностью в передвижении, но не верить боссу он не мог.

- Вот проходил мимо, подумал, здесь никто не живет, - Паришон указал на заколоченные окна, - и решил в тишине, под дождик, эльфийскую зарядку сделать, лекари рекомендуют для суставов, а тут оказывается, мой сотрудник обитает. Да еще чиф художественной группы.

- Так я не чиф! – Бибо замер от предвкушения.

- Не чиф? Странно… Но ты же талантливый художник, Хапкис, я давно хотел сделать тебя чифом. Думаю, с нового года. Или через год… Обещаю! Запиши себе в план.

- Да я так запомню! – Бибо от счастья готов был целовать руки босса.

- Или запомни. Кстати, Хапкис, - дружелюбно продолжил шеф, не сводя глаз с бритвы, - тут ко мне гвардейцы заходили, интересовались тобой. Уж не знаю, чего им надо, говорят, какие-то проблемы с мишенями, ты не в курсе, что там не так?

- Нет, мастер Паришон, - Бибо замотал головой, - все у нас по стандартам, утвержденным во дворце. И кривое с ухмылкой лицо Паутина, и ледяной взгляд, и лысина с пробором, всё, как в инструкции.

- Вот и я думаю, чего их не устраивает? Опять происки конкурентов? Лашкован, наверное, взятку дал, чтобы они нас дергали, мешали работать. Думает, это поможет ему продавать леденцовых паутинов на палочке.

- Он еще хлопушки-паутинки делает, - сообщил последние новости Бибо.

- Правда? Вот мерзавец! – возмутился Паришон. – Проклятый пират! Все знают, что производство паутинов – это вотчина Паришона, у меня эксклюзивный патент от самого Ясен-Кроля! Уж я до него доберусь, до самого дворца дойду, а правды добьюсь! Вот запиши… Или запомни. Я этого Лашкована, - босс гневно сжал кулак, – вот так! И не переживай, с гвардейцами тоже решу вопрос! Я словами не разбрасываюсь.

Однако все оказалось не так просто. Утром гвардейский патруль навестил фабрику и попросил Бибо пройти в секретную службу. В тесной норе Хапкиса ждал маленький, даже по меркам хоббитов, плешивый и бородавчатый офицер-цензор, чем-то неуловимо напоминающий жабу, в зеленом мундире с медалью «Брань за Летку» на груди. Офицер молча показал Бибо на табурет и принялся нехорошо его рассматривать немигающим паучьим взглядом.

- Как вы думаете, мистер Хапкис, зачем мы вас вызвали? – заскрипел прокуренный голос цензора.

Бибо пожал плечами.

- Может быть из-за окон, которые мне разбили самозащитники. Но там мы все выяснили, они не просто так разбили, а из патриотизма. Боролись с тираном.

- Про окна мы, конечно, поговорим, но позже. А сейчас меня волнует заговор против Шира, святой революции и пресветлого Ясен-Кроля! Сколько вас там, в подпольном кружке? Весь ваш цех? Или завод? Паришон тоже завербован роханцами?

Офицер схватил масляную лампу, освещавшую комнату, и рывком приблизил ее к глазам задержанного, заставив Бибо вжаться в табурет.

- Ну, будем давать признательные показания, изменник?!

- Какие показания, господин офицер?! Какой заговор? Нет у нас на заводе никакого заговора! – Бибо от волнения вспотел.

- Как это нет, - цензор перешел на крик, - а это что? – он резко подбежал к столу и вытащил из ящика рисунок мишени с Паутином.

Хапкис сразу узнал картинку, только что поступившую в продажу. Этот рисунок он создал в новом исполнении, специально для уличных стрельб из лука. Увеличенный портрет диктатора покрыт воском для защиты от дождя, круги мишени нарисованы поверх изображения человека. Бибо похолодел. Прошедший дождь смыл остатки мишени с воскового лица Паутина, а над головой роханца засиял тройной нимб. Бибо вспомнил, что в спешке нарисовал мишень уже после воскового покрытия, а экономный Паришон запрещал мазать воском пустую часть портрета. Результат халатности и жадности был перед глазами несчастного Бибо, которому засветило лет десять подземной каторги за измену.

- Так это ты решил изображать Паутина богом хоббитов? - зашелся в гневе дознаватель. – Или ты действовал по приказу Паришона?

- Это не измена, - оправдывался Бибо, - это ошибка, мы все - патриоты своей страны и ненавидим мерзкого Паутина.

Цензор криво усмехнулся и опять по-жабьи просверлил Бибо немигающим взглядом.

- Все агенты Паутина говорят, что они – патриоты Шира. Если бы ты знал, таракан, сколько их здесь перебывало! Обычно у меня раскалываются в первый же день. Самые крепкие – на второй. После двадцати плетей.

От отчаяния в голове Бибо возник сумасшедший план.

- И, вообще, я вчера добровольно записался в самозащиту, хочу воевать с врагами нашей славной родины! Как я могу быть изменником, тан офицер?!

- Не врешь? – цензор задумался. Ссорится с армией он не хотел, в военное время у них было слишком много силы. – Ладно, проверим. Барди, - крикнул вестового, - живо сбегай за капитаном Чертогой из этого… «Барандуина», скажи, тут его рекрут сидит.

Не прошло и четверти часа, как капитан Чертога в серой полевой форме щекастым хомячком заплыл в нору, сладко отрыгивая недавним обедом. Он был на целую голову выше Бибо, и раза в два шире. Смазливое от природы лицо капитана выражало крайнюю степень презрения к окружающим.

- Ну что тут у тебя, тыловая крыса? – невежливо обратился он к офицеру-цензору, без спроса бросая на стол командирскую сумку.

Тот покраснел, но ничего не сказал, лишь указал на сидящего Хапкиса.

- Ваш?

Капитан оценивающе посмотрел на помертвевшего от страха Бибо.

(продолжение следует)

Источник:

Добрый день, дорогие друзья моего сайта!

Как всегда, великолепный юмор от Магистра черной и белой магии, который проводит сеансы чудес с полным разоблачением!

Эта история случилась в те незапамятные времена, когда в мире еще летали последние драконы, а люди не были единственными разумными существами. Хотя была ли она на самом деле? Кто знает… Не выдумал ли ее лукавый летописец в минуты отдыха, чтобы посмеяться над нами, легковерными? Старинная рукопись, где описывается путь Бибо Хапкиса, хоббита из Хоббитона, была найдена студентами Шотландской академии коневодства в одной из пещер близ озера Лох-Несс и переведена с древнегэльского языка профессором Уоллесом, который любезно предоставил ее нам. Он же выдвинул гипотезу, что текст в аллегорической форме описывает средневековую войну Алой и Белой розы. Другие исследователи с ним не согласны. Кое-кто из молодых ученых даже видит в ней намек на современные события, что, конечно, абсолютно антинаучно. Ведь любые совпадения можно легко объяснить циклическими вещами, происходящими в природе время от времени. Впрочем, тебе, читатель, решать, что здесь правда, а что нет. И кому верить…

Бибо Хапкис, тревожно дремавший у себя в норе, проснулся от легкого стука. Подумать только, еще год назад сон молодого хоббита был крепок, как дубовая колода кузнеца, даже тяжелые удары в дверь почтальона Гарольда не могли заставить оторвать голову от подушки, ведь сон и обед для хоббита – святое! Но то было год назад, в омерзительные времена тирании, когда у власти находился ничтожный Явоч. Сейчас же любой шум и стук могли означать нечто неприятное, а то и страшное, например, взлом двери разбойниками, кои расплодились в Шире как мухи в отхожем месте.

Но разбойники – это полбеды, особенно, когда есть чем заплатить выкуп, у Бибо на этот случай под кроватью лежал приметный кошель с десятком серебряных пенни. Хуже – гвардейский патруль. Нет, от него тоже можно откупиться, вызвав офицера на приватный разговор, стоило дороже, минимум три полновесных дуката, проблема лишь в том, что получалось не всегда. Неподкупных среди них не было, но план поставки рекрутов, спущенный из дворца нового правителя, заставлял забирать даже богатеньких наследников. Впрочем, настоящие наследники капиталов давно уехали из Шира, как только первые файерболы подлых людишек разорвали тишину в Хельмовой Пади. А те, кто не уехал, обзавелись ворохом лекарских справок, из которых следовало, что даже покойники в целом здоровее потенциальных солдат.

Бибо прислушался, стук доносился из единственного окна на кухне, все остальные хоббит заколотил после случая с хулиганами, разбившими стекла в его норе от избытка чувств по поводу свержения деспотии. Хотя хулиганы они были лишь по криминальному кодексу, а на деле оказались патриотами и сознательными гражданами. Эту мысль донесли до еще непуганого Хапкиса трое крепких лысых парней с татуировками, надев ему на голову, для лучшего понимания, помойное ведро с протухшими помидорами. Бибо как-то сразу, нутром, осознал, что тоже патриот и разделяет их революционные ценности, о чем не преминул заметить оппонентам. Те уважительно пожали руку и предложили записаться в самозащитные силы. Бибо пообещал, но по привычке обманул, впрочем, ничуть об этом не пожалев, ведь первых самозащитников кинули в самое пекло, когда недовольная переворотом восстала восточная четь Шира - Дунланд.

Те трое погибли одними из первых во время плановых очистных работ, перепив эля и заснув в очищенной от хозяев избе с непотушенными трубками. По трубкам их и опознали, красивые были трубки, из ценного гномьего дерева, особо устойчивого к огню, взятые во временное пользование во дворце тирана Явоча.

Трубки перешли к новым владельцам, а лысых кинули в местном болоте в качестве гати во время неудачного выхода из очередного окружения. Не пропадать же патриотам, решил полководец Галлитий, закатывая в трясину сначала мертвых, а потом живых самозащитников. Тем более, философски рассуждая, это еще большой вопрос: кто опаснее для державы - проклятые дунландцы, поддерживаемые Роханом, или фанатичные патриоты-самозащитники, требующие новые луки и копья. И не то чтобы Галлитию было жаль выдать оружие, ржавевшее на складах со времен Империи, но как раз накануне, через своих верных фуражиров, он почти все продал хитрым четистам. Нет, не подумайте, он не был предателем, наоборот, патриот, каких мало, просто молодая жена хотела золотой браслетик с камешками тонкой эльфийской работы, а жалование у военных постоянно задерживается…

Стук был мелкий, противный, периодичный. Бибо судорожно зевнул, выскользнул из кровати, на четвереньках прополз к проему и, медленно вытянув голову, заглянул в кухню. Чертыхнулся, встал, зевнул уже уверенно и погрозил кому-то пальцем. Видимо, дождю, который стучал в закрытое окно. На этот раз пронесло! Хоббит вытащил из стены маленький дротик с перьями, чуть замахнулся и резко запустил в мишень на другой стене. Дротик со свистом вошел в лоб Паутину. Бибо захохотал, удачный знак, значит, все будет хорошо!

Хапкис вот уже год работал на небольшом заводике по изготовлению паутинов. Хозяин – старый толстый хоббит Паришон – вовремя словил идею, вложил немалые деньги в дело, которое стало процветать после революции жидности.

Жидность – диалектное слово западных хоббитов, которое мало кто знал в окрестностях Хоббитона. Как объяснил народу предводитель восставших Ясен-Кроль – это безграничная свобода для избранных патриотов Шира. Народ, как обычно, ничего не понял, но слово прижилось, тем более, его постоянно упоминали в своих пламенных речах энты – самая древняя и мудрая раса Средиземья, по традиции занимавшая видные места в хоббитском обществе.

Численно энтов было мало, но фактически их было много… Хоббиты, как и остальные народы, немного не любили этих полудеревянных созданий. Да что там говорить – очень не любили, можно сказать, ненавидели, хотя больше про себя. Во-первых, хоббиты - кроткие, милые и добрые существа. А, во-вторых, высказываться против энтов небезопасно, на то они и древние, чтобы иметь такую силу, какую никто не имеет. Сотрут в порошок, не поморщатся.

Столетие назад, впрочем, хоббиты поднялись против энтов. Ну как поднялись… Сначала тролли из южного Темнолесья под предводительством белогривого Адика Гадлера напали на людей, с которыми хоббиты были в союзе. Вождь троллей на дух не переносил энтов, вероятно потому, что его отец, поровший отпрыска каждый день, сам был энт. И Адик еще в юности поклялся переработать всех энтов на удобрение для своего сада камней.

Стоило тролльскому войску войти в Шир, как хоббиты тут же вспомнили про постыдную нелюбовь к энтам и развили такую кипучую деятельность по их поимке, что озадаченные тролли не успевали подвозить хворост к печам, в которых сжигали древнюю расу. Радостные полурослики, надев кузнечные фартуки из свиной кожи и нацепив черные очки, вовсю шуровали кочергами, азартно покрикивая: «Давай! Давай! Еще хворосту!»

Когда через несколько лет эпических битв люди и эльфы пришли с победой в хоббитский край, малый народец уже забыл про печной энтузиазм и встречал освободителей сытным обедом и покорными женщинами, ведь, как известно, хоббиты - кроткие, милые и добрые существа…

Но выжившие энты Шира ничего не забыли. Как слон испытывает страх перед мышами, так и энты стали опасаться ласковых соседей. Чтобы не так выделяться на их фоне, они питались странными светящимися грибами, благодаря чему уменьшились в размерах. Кора превратилась в нежную кожу, почти не отличимую от натуральной, а ноги-коренья облачались в шерстистые чулки с имитацией пальцев. Узреть в таком «хоббите» энта можно разве что по уму и упорству в достижении целей, здесь за энтами не угнаться.

Опять энти энты, вздыхали хоббиты, когда после выборов во главе чего-нибудь важного и денежного становился очередной энт. Вроде хоббита выбирали, специально высматривали, чтоб чужой не пролез, а глянули ближе – дерево деревом. Делать ничего не умеет, только мычит про патриотизм, да нору в три подземных этажа в престижном районе копает. А ведь как пел, подлец, про любовь к черешневым садам и пчелкам! И рубаху носил с древними узорами, и на глиняной свистульке играл! А оказался…

Да лучше уж энты, вздыхали другие, они хотя бы древние, мудрые, смыслят в стратегии, и связи у них в мире – ого-го! Может, и нас не забудут, подкинут кусок клюквенного пирога из милости. А то выбираем одних умственных недомерков вроде эльфа по жене Ушера или бывшего каторжанина Явоча. Позор один, хоть и хоббиты! Первый яростно, но бестолково тянул страну в ЭС, второй тоже в ЭС, но как-то импульсивно, скачками, все время оглядываясь на Рохан, за что и поплатился, хоббиты - народ буйный и прямой, как гномья кочерга, туда-обратно не понимают. Ты или идешь вперед, даже если это путь в пропасть, или тебя затопчут мохнатыми ногами враги и соратники.

А вперед – это в ЭСМО. ЭСМО, сокращенно ЭС, был страстью каждого хоббита, за исключением неблагодарных четистов Дунланда. Эльфийский Союз Меча и Орала в светлых мечтах маленького народа представлялся большим бесплатным рестораном с бесконечным выбором блюд.

Побывавшие в нем с гордостью носили и никогда не снимали эльфийские рубахи, пояса и штаны, хотя их и приходилось закатывать. Конечно, это не делало из них эльфов, но где-то чуточку приближало. Так думали сами приобщившиеся, свысока посматривая на сограждан. Среди них стало популярным вытягивать уши на эльфийский манер с помощью специальных шляп с прищепками, не загорать, чтобы кожа казалась бледнее, вот только диету хоббиты позволить себе не могли. Двое энтузиастов, решившихся на радикальный эксперимент, чуть не умерли от измождения через неделю, сбросив по пять фунтов. Лекарям пришлось срочно откармливать больных тортами со сливками и малиновым вареньем. Эксперимент с треском провалился, но желание стать эльфами осталось и даже росло день ото дня.

В народ была вброшена теория, что полурослики произошли от восточной ветви эльфов, более упитанной, чем обычная. Строго говоря, это и были настоящие эльфы, а нынешние эльфы – это деградировавшие и похудевшие хоббиты. Люди, по той же теории, произошли от смешения гномов и орков с небольшой примесью гоблинов. А древний летописный Рух, от которого якобы произошел Рохан, на самом деле не имеет к Рохану никакого отношения. Рух породил один Шир и ничего более, а роханцы подло захватили чужое название! В ознаменование этого эпохального открытия мудрейший Ясен-Кроль предложил переименовать страну в Шир-Рух или Рух-Шир, точное название еще дебатируется в парламенте из-за возможных дипломатических недоразумений, ведь «шьир рухх» на эльфийском - «задница богомола», а «ррух шиир» на тролльском – «усатые грабли».

Теория нашла благодарных слушателей. Хоббиты, и так представлявшие себя эльфами, решили вступить в ЭС без согласия хозяев, по принципу географического и национального единства. Власти быстро состряпали референдум из находившихся на главной площади Землеройска зевак, и шумный народец, веселым табором, погрузив в телеги курей, свиней и прочих домочадцев, устремился к границам ничего не подозревавших троллей, на беду живших к северу от Шира.

Про троллей в Средиземье издавна ходит много слухов, дескать, огромные, как бегемоты, от солнца каменеют, а в умственном отношении весьма слабые. На самом деле верно лишь последнее. В реальности они чуть крупнее людей, солнце любят, как все северные жители, а вот с умом и, правда, беда. Дома у них вечно открытые, ни замков, ни ключей. Если тролль теряет кошель с золотом на улице, то через неделю может найти на том же месте, разве кто чуть сдвинет на обочину, чтоб не мешал проехать. В магазинах еда лежит сама по себе, а каждый покупатель взвешивает на маленьких весах и кладет деньги в кассу, пока хозяин спит или гуляет. А уж если тролль дает слово, то следует ему в точности. В общем, дураки те еще. Так думают все хоббиты Шира, изредка бывая в гостях у северян в сезон уборки помидоров и клубники. Одно для полуросликов удивительно, как при такой глупой жизни эти ротозеи богатеют? Видимо, везет недотепам! Эх, если бы хоббиты жили с троллями! Они бы и продукты брали бесплатно, и золотишком чужим не побрезговали бы, да и в домах открытых… Нет, не воровали бы, что вы! А так, кое-что во временное пользование, по-добрососедски…

Главный тролль Аггел Марк, вызванный срочным курьером на границу, увидел тянущийся до горизонта поток варваров, размахивающих почему-то эльфийскими радужными флагами. С граничной башни, через рупор, он раздраженно объявил хоббитам, что те должны сначала ментально дорасти до уровня союзников, принять высшие духовные ценности троллерантности, и, раз ума не нажили, найти, наконец, у себя хоть какие-то полезные ископаемые, а уже потом проситься в ЭС. Конные патрули на перевалах ударами треххвостых плетей и отборными ругательствами развернули желающих эльфоинтегрироваться обратно в опустевший Шир.

До позеленевших от злости полуросликов дошли сдержанные смешки с роханской границы. Люди в ЭС не просились, зато великодушно звали хоббитов обратно в союз, после выхода из которого четверть века назад Шир сильно обнищал. Сказалась разница в пищеварении. Там, где человеку нужен бутерброд, хоббиту надо три, и еще один надкусить, причем обязательно тот, который у человека, тут уж никакая экономика не справится.

Но больше всего хоббитов выводит из себя человеческая вера, что они тоже люди, только живущие в местности с дефицитом морской соли, поэтому у них бешеный аппетит, рост замедленен, а ноги обрастают шерстью. Это определил один из роханских ученых на основе многолетних наблюдений, ведь хоббиты в Рохане и Гондоре ничем не отличаются от местных жителей, ни ростом, ни шерстистостью. Ширяне яростно отрицают это, считая себя отдельным народом, правда, языком пользуются человеческим, деревенская мувка приживается с трудом, несмотря на все усилия правителей. Полурослики втихаря признаются, что она похожа на мычание пьяной коровы, а выглядеть пьяной коровой не хочет ни один хоббит, даже в пику несносным роханцам.

Шир ветшал и разваливался на глазах богатеющих соседей, сами хоббиты этого не замечали, ведь они были ленивы и не любопытны, предпочитая жить в полузатопленных норах и мечтать, а не спасать свою страну. А в мечтах их всегда спасал ЭС, но сладкие грезы на самом излете года обломал жестокий Аггел Марк.

Вождя троллей можно понять, после принятия в ЭС портоголовых, ителецких, грихенкуцых и прочих южных гоблинов экономика ЭС пребывала в далеко не идеальном состоянии. Союз эльфов и троллей, созданный после великой междоусобной войны, принес в эти края мир и процветание. Проигравшие в войне тролли полвека работали за четверых и заслужили полное право сидеть за одним столом с благородными эльфами.

Однако благополучие, как известно, притягивает к себе всяческое отребье, уж чего-чего, а этого в Средиземье всегда было навалом. Ближайшие народы сразу захотели сесть на шею эльфо-тролльскому тандему. Союзники до поры не препятствовали, думая, что расширяют свою территорию, однако железный тролльский ордынг стал давать трещину, когда на помойках поселились неприхотливые гоблины, тут же начавшие продавать отбросы тролльского стола своим соотечественникам в качестве деликатесов.

Не радовали и многочисленные беженцы-орки из Гундабада со своей оркодоксальной религией, задиравшие на улицах эльфов и особенно эльфиек. Гуманные законы ЭС не позволяли вешать обнаглевших нахлебников на фонарях, как сделали бы в древние времена. Эльфы ворчали, вспоминая старых королей, разрешавших народное ланчевание, когда связанных негодяев сажали голыми в муравейник. «Мурашам тоже хочется есть», - гласила пословица эльфов, от которой вздрагивали враги королевства. Хорошо еще, что многочисленные гномы Эребора не спешили со своими мотыгами в эльфийские города, а глубоко в горах, за миску риса в день, ковали богатство бледнолицых ээсовцев.

(продолжение следует)

Источник: